Гісторыя Беларусі IX-XVIII стагоддзяў. Першакрыніцы.


Стихи публикуются по изд.: Nilsson N.A. Russian heraldic virsi from the 17th century. A manuscript in the diocesan and county library at Västerås, Sweden. Stockholm; Göteborg; Uppsala. [1964]. (Acta Universitatis Stockholmiensis, etudes de philol. slave; 10).

1. В епархиальной и окружной библиотеке в Вестеросе (Швеция) сохранился за шифром AD10 манускрипт. В нем содержатся тексты, которые были скопированы из различных источников по указанию шведского дипломата Й.Г. Спарвенфельда (J.G. Sparwenfeld) в бытность его в Москве в 1684-1687 годах.

На страницах 1835-1860 этого манускрипта размещены 20 стихотворений без указания авторства. В 1964 году их опубликовал и исследовал в указ. работе шведский славист Нильс Оке Нильссон.

Нильссон не сомневается, что стихи имеют непосредственное отношение к такому изданию, как "Большая государственная книга или корень российских государей" (другое название: "Царский титулярник"), вышедшему при царе Алексее Михайловиче в 1672 году. В том издании, помимо прочего, содержались гербы 33 земель, названия которых входили в большой государев титул. Это Киев, Владимир, Новгород, Казань, Астрахань, Сибирь, Псков, Великое княжество Литовское, Смоленск, Тверь, Волынь, Подолье, Югра, Пермь, Вятка, Волжская Болгария, Нижний Новгород, Чернигов, Рязань, Полоцк, Ростов, Ярославль, Белоозерск, Удорский и Обдорский края, Конда, Витебск, Мстиславль, Северная страна, Иверская земля, Карталия и Грузия, Кабарда, Черкассия.

Таким образом, стихотворение I описывает герб Волыни. II - герб Подолья. III - герб Перми. IV - герб Вятки. V - герб Болгарии (но автор перепутал волжскую и балканскую Болгарии). VI - гербы либо Нижнего Новгорода, либо Ростова (Нильссон). VII - герб Чернигова. VIII - герб Полоцка (Нильссон). IX - герб Ростова (Нильссон). X - герб Ярославля. XI - герб Белоозера. XII - стихотворение о Обдорских и Удорских краях. XIII - неясно, о каком гербе. XIV - герб Конды (Нильссон). XV - гербы Витебска, Мстиславля или Северной страны. XVI - герб Карталии. XVII - герб Грузии. XVIII - о Кабарде (Нильссон). XIX - герб Черкассии. ХХ - возможно, герб Югры (Нильссон).

2. Авторство этих стихов пока не ясно. В их языке много старобелорусских элементов: лексика (здавна, цноты, клейноты, валечных, шукаешь, зайзрость и т.д.), произношение (твердые "ч" - чын, и "р" - прамо, продков, неверыя). Украинизмы в лексике и написании - котрый, "и" вместо "ы". Из этого можно сделать вывод, что автор - выходец из белорусских или украинских земель.

Нильссон (pp. 68-69) предполагает, что возможный автор - Стахей Иванович Гадзаловский (или Годзаловский), которого упоминает Спарвенфельд и который, видимо, помогал ему составлять манускрипт. Это шляхтич из Вильно; по мнению Нильссона, он мог получить образование в виленской иезуитской коллегии. Возможно, добровольно или с полоном ушел в Московию во время войны Москвы и Речи Посполитой. С 1667 года служил переводчиком в Посольском приказе. В 1671-1673 годах был с московскими войсками на Украине. Известно, что занимался литературной переводческой работой.

В то же время Нильссон отвергает авторство Симеона Полоцкого. Единственным указанием на биографию автора в стихах звучат строки:

В тых лѣсах дѣдъ мой живалъ, а слолъ он сатиром.
Не мѣвалъ онъ оружiя, а былъ богатыром.
Продки мои не горды, сапог не мѣвали,
вина не пивали, про то много лѣтъ живали.

Во всяком случае автор (или авторы) этих стихов - человек высокообразованный и обладающий незаурядным поэтическим талантом. Он, видимо, знает старобелорусскую геральдическую поэзию. Например, прямой аллюзией на строчку Рымши "i клейноты розъдаеть, тыми слынуть люди" (1588) звучат строки:

Впрямъ людей рыцерских старовѣчность знала,
которым достоинства гербы раздавала.

Он осведомлен в астрологических вопросах, в природоведении, в истории крещения Руси, хорошо знает повадки животных. К слову, это едва ли не первые в белорусской да и в восточнославянской поэзии столь блестящие и живые стихи о животных (не считая, конечно, латиноязычной "Песни о зубре" Николая Гусовского). Вот медведь:

Где не сѣетъ, жнетъ медвѣдь мровки, раки снѣдает,
Яблка тресетъ, на древѣ пчелы выдирает.
Зимѣ постит. Лапу с'сетъ, от того толстѣетъ;
человѣку наука постить да разумѣетъ.

Вот волк:

Сыроядецъ волкъ с[е]рдца несытаго,
През очи полный яду мороваго,
зрѣнiем своим людей заражает,
бо ч[е]ловекъ тот час гласу позбываетъ.

Или:

Плодны волки с природы, десят ся вдруг родят,
все мужескъ полъ, женска же барзо рѣдко сплодят.
Про то килка сотъ волков за самкою ходят,
промеж себе снѣдая по едному бродят.
Толко два их останутъ. Третяя волчица
много мяса емлетъ на свадбу, окрутная псица.

В стихах звучат замечательные гуманистические мотивы:

Война есть розбой лютый, бо людей не родит.
Там слезы пити мусит, часом в крѣвѣ бродит.

Или:

Паче того ч[е]л[о]в[ѣ]ка звѣрем треба звати,
хто любвѣ не имат, ани хочат знати.

И наконец есть просто ошеломляющее по своей энергетике и красоте восьмистишие, ломающее все ходульные каноны силлабической поэзии 17 века и выводящее автора в один ряд с такими классиками старобелорусской поэзии, как Андрей Рымша и Симеон Полоцкий:

Аще бы мощно по моей орудѣ
в полю буяти а жить на свободѣ,
звѣз[д]ъ бым доскочилъ. Ест ли трава в н[е]бѣ -
звѣдалъ бы всего ко моей потребѣ.
Бым преплолъ море, вибѣгал всѣ поля,
а з горъ доскочилъ н[е]б[е]снаго кола.
Всѣми силами извѣдати о волность ся кусилъ,
всяко бым ч[е]ловеку голдовати мусилъ.

Олег Лицкевич.


I.

Кр[е]стъ красота вселеннѣ во кои ц[а]ря славы
Хр[и]сту по горких муках тыранской забавы
кровiю ос[вя]щен быстъ багрянно сияетъ,
честен на земли и всѣмъ н[е]бо отверзаетъ.

Аллегорiа

Кр[е]стъ когда виноватых казнити уставленъ
проклятым слолъ, безчестным всему миру явлен.
Безвинну же распяту вины отпадаетъ,
с клятвы бо в святость Х[ристо]съ чын переменяет.

Анаграмма

Кр[е]стъ посредѣ праведных и грѣшных мирило,
Побѣдившим миръ с[вя]тость, грѣшным мене мило.
В судный д[е]нь н[е]б[е]сные померкнутъ свѣтила.
Тогда кр[е]стъ на облацех явится, свѣтъ сила.
Волвыню краю с[вя]тый, кр[е]стом огражденный,
бл[а]гочестiем крѣпкий, впрям бл[а]гословенный,
много терпишь от врагов, но Хр[исто]съ с тобою.
Вѣнецъ тебѣ от Б[о]га. Носи кр[е]стъ с'собою.

II.

С[о]лнце всю вселенную свѣтло просвѣщаетъ.
Нощы же тму отгнав д[е]нь всѣмъ красным составляетъ.
Свѣтит, грѣетъ и растить, ж[и]зни миру даруетъ.
Во единствѣ существа троицу знаменуетъ.

Аллегорiа

Б[о]га провидящаго Саваофа око
Досмотруетъ дѣлъ земны[х] текуще высоко.
Б[о]ж[е]ство неизмѣнно во вѣкъ пребываетъ,
на всю твар яко луча живот низпущает.

Анаграмма

Хр[исто]съ Б[о]гъ селенiе положи во с[о]лнци.
Прстом д'вѣ мира просвѣщаяи конци.
С нами до скончанiя вѣка обѣщаетъ
жити и заступати. Кр[е]стъ в закладѣ даетъ.

Подо[ле] по щастю всѣмъ бл[а]годать бывает,
бо и сѣдящых во тмѣ с[о]лнце присѣщает.
Земле с[вя]тая, за многiе цноты
небесные приданы свѣтлые клейноты,
бо в'вѣpe бл[а]гочестивой порока не мѣешь.
Х[ристо]съ с тобою и кр[е]стемъ врагом одолѣешь.

III.

Медвѣдь природою толстъ мягом ся раждает.
Ни образа, ни удов не изображаетъ.
Матка лижетъ языком звѣря, составляетъ
знак, якъ в раи Б[о]гъ Адама творил, памятает.

Аллегорiа

Где не сѣетъ, жнетъ медвѣдь мровки, раки снѣдает,
Яблка тресетъ, на древѣ пчелы выдирает.
Зимѣ постит. Лапу с'сетъ, от того толстѣетъ;
человѣку наука постить да разумѣетъ.

Анаграмма

Адаму согрѣшившу творецъ Б[о]гъ прекрасный
стрѣте в раи в пулудне яко медвѣдь страшный,
яко же на страшном судѣ гды Ев[ан]г[е]лiя
судиты будет, глаголетъ Еремея.

Аналогумъ

Пермско, почитай и Ев[ан]г[е]лiе,
якъ тe6ѣ приказали предки всѣ с[вя]тые.
Храни закон, соблюди ц[а]рскiе уставы
от земного жития до н[е]б[е]сной славы.

IV.

Стрѣла с[ы]нъ Б[о]жiй силнаго зощренна
с небесных кругов на землю спущенна
любовiю верны[х] сръдца уязвити,
избранным своим закон положити.

Аллегорiя

Не летит воспят стрѣла и о[т] Адама
яко и Давиду быст вѣра дохована.
Ц[а]ревичъ ц[а]рю зятю помазанну
сей клейнотъ добръ естъ Вятску произбранну.

Анаграмма

Укрѣпитъ Г[оспо]дь, Ватцко, твою руку
противо врагов якъ стрелу до лу[к]у*.
За крестъ и ц[а]ря будешь накладати,
за ним же должен еси умирати.

* [У Нильссона: "луну"].

V.

Преславное звѣрятко aгнец не злобивый,
которое в титлѣ емлетъ Месия правдивый,
в страсти не отвѣщаше бо агнец бываетъ
и на кр[е]стѣ пророцтва исполняетъ.

Аллегорiа

Сию вѣpy от болгаръ Кирыл нам приноситъ,
ц[а]ря же Владимера на проповѣдь [г]ромову* просит.
Страшнаго суда образъ ему предявляетъ,
пеклом грозя невѣрству, сръдце уловляетъ.

*[В рукописи: "оромову"; прим. Нильссона].

Анаграмма

Г[оспо]дь призва Андрея в горы освященны,
да вселятся в святыни люди просвѣщенны.
Свѣтъ божественный Г[оспод]ь в Кiевъ посилаетъ,
таже во* Россию, царем просвѣщаетъ.

*[В рукописи: "вно"; прим. Нильссона]

Емблемма

Бл[а]говѣствующих миръ ноги рече красны,
д[у]хом св[я]тым водими, словом преужасны,
болгаръ бл[а]гочестiе Россiя приймуетъ
любезно и пѣнiе премудро любуетъ.

Дерзайте, стойте, Б[о]гъ дасть такую годину,
что соберет всѣхъ от тiран во ц[е]рков едину,
православнаго ц[а]ря возвисит державу,
мстит же языком судомъ на вѣчную славу.

VI.

Вертоград вселенная славы дѣло.
В нем же много образных скотов намножило.
Словесным от Б[о]га д[у]ша, з воздуха безсловесным,
а обоим хвалити творца суще вдруг телесным.

Аллегорiа

Звѣрь велик суще тѣлом един ся раждает,
менший же звѣрь болший плодъ землѣ умножает.
Косматый без хвостъ живет во мозгъ в части главы,
человѣкъ же главою косматъ для Б[о]жiй славы.

Анаграмма

Звѣрь ленивый, жирнѣйший, безплюцный, безгласный
дыханiем хвалити Б[о]га нравъ имать власный,
ч[е]ловеку на услугу яко земный житель
властелина да знает велит бо створитель.

Емблемма

Чворакий звѣрь на свѣтѣ земной и н[е]б[ес]ной:
земный, водный, воздушный и ч[е]ловекъ телесный.
Скотъ для ч[е]л[о]в[ѣ]ка создан, ч[е]ловекъ же для Б[о]га,
звѣpy земля, человеку же до н[е]ба дорога.

VII.

Чернѣгоского князства славные клейноты
з вѣку бл[а]гословенны за многiе цноты.
Орелъ черный с кр[е]стом в золотой коронѣ
значитъ вѣру, мужество в российском Сионѣ.

Орелъ зряк имать от с[о]лнца, за облаки парит.
Х[ристо]съ просвѣщаетъ очи, вѣра с[е]рдце жарит.
Корона знаменуетъ княжую державу,
крестъ же преводител во вѣчную сл[а]ву.

Аллегорiа

Орелъ живетъ, с природы чорный ся раждаетъ.
З возрастом же в бѣлость пѣре обновляетъ.
Про то от[е]цъ и мати малыхъ оставляютъ,
чюждым птенец подлогом быти вомѣняют.

Даяи же пищу плоти велитъ пригонити
вѣтру тму комарей в снѣдь, росу же поити.
Уста токмо отверзе, Б[о]гъ же исполняетъ,
отець мати остави, Г[оспо]дь же примает.

VIII.

Война есть розбой лютый бо людей не родит.
Там слезы пити мусит, часом в крѣвѣ бродит.
В юных ч[е]л[о]в[ѣ]къ кров играет, бо силни добою,
старых же людей немощь клонит до покоя.

Аллегорiа

Жити себѣ желает а живот збавляет
бѣдных людей а смерти и сам онъ не знает.
Прежде часу на жертву сами люде ходят.
Един час емлет хот се з рознью маток родят.

Анаграмма

Паче убойся Б[о]га, не врага царева.
Мужество избавляет от врагiя гнева.
Помни за отчество си главу положити,
земную и вѣчную милость получити.

Аналогоум

С[ы]нове мзда плода чревня блюсти отчей главы.
От[е]цъ же наставник им наживати славы.
Паче за вѣру и ц[а]ря когда узб[ру]енны*
будутъ во вѣки славны и бл[а]гословенны.

*[В рукописи: "узбуренны"; прим. Нильссона].

IX.

Ц[а]рь Д[а]в[и]дъ д[у]шу свою к еленю ровняет,
когда Б[о]га видити усръдно желает.
Неровным себе скоту пр[о]рокъ возвѣщает,
но добродѣтели в нем чeлoвѣкoм являет.

Аллегорiа

Елен есть звѣрь незлобив, в горах обитаетъ,
борздъ в бѣгу, сладким водам и чистым витает,
обонянiем силен змiю поглотити;
спорчен ехидною бежит скоро воды пити.

Анаграмма

Источникъ жизны Х[ристо]съ текущiй з гор вѣчных.
Онъ есть начало судеб устремленiй рѣчных.
От ребръ своих пр[е]ч[и]стых токи изливает,
Да всяк желаяи цѣлбы к нему прибѣгает.

X.

Человѣкомъ и скотомъ един б[о]гъ судбами,
токмо скотъ словомъ создан, ч[е]л[о]в[ѣ]къ же руками.
Сице от язык церков языкомъ формуетъ.
Х[ристо]съ велит что медвѣдь з' агнцем пожирует.

Аллегорiа

Данiилъ прор[о]къ видѣ медведем персидов
окрутных, что хотели погубити жидов.
И б[о]гъ есть лютъ грѣшником и будет карати
всякого, хто не хочетъ Хр[и]ста творца знати.

Анаграмма

Д[а]в[и]дъ ц[а]рь ятъ медведя там же умерщвляет,
яко пастыр добрый з оуст овцу избавляет.
Хр[и]сту над фарисей побѣду являет,
кр[е]стом сп[а]сты родъ свой д[у]хом с[вя]тым знает.

Аналогум

Ярославле с[вя]тое, помни Ярославу,
Владымерову сыну доховати славу.
Носи крестъ, радѣй во всякой с[вя]тыни,
живи мирно, твои суть поля и пустыни.

XI.

Рыбы звѣрь водный, земнаго же плода,
но чужда праха чистая порода.
Д[у]хъ смысла имуть, в потопѣ ликуютъ,
по суду Б[о]жiю людем наслугуютъ.

Аллегорiа

Бѣлая рыбка статыра пр[е]ч[и]ста,
иже в дан даде за Петра и Хр[и]ста,
Лунной свѣтлости свѣтъ смотрит любезный,
Знак же сверхъ кр[е]стный всей твары полезный.

Анаграмма

Bсѣ pѣки в море плынутъ и впадаютъ,
з моря же ся вверхъ паки обновляютъ.
Тамо с китов рыбъ рыбы ся ругаютъ,
когда от устъ их на мелочь втѣкають.
В белѣ езерѣ рыбы в свѣтлой водѣ Х[ри]ст[о]вы
прочны от кита, за ним плыть готовы.

Емблемма

Bcѣ ап[о]с[то]лы добрую сѣть мѣли,
же и бѣлых рыб Хр[и]сту наловили,
что на трапезу, что в езеро дати,
с темного велят в бѣлое сажати,
дабы бѣлые чисто ся плодили.
Б[о]гоизбранных кр[е]стом оградили;
водѣ плывая на н[е]бо взирали,
крестъ на мѣсяци за свѣтло им дали.

XII.

Сыроядецъ волкъ с[е]рдца несытаго,
През очи полный яду мороваго,
зрѣнiем своим людей заражает,
бо ч[е]ловекъ тот час гласу позбываетъ.

Аллегорiа

Лютъ Нерон рымский, змалу кров звык пити,
Даби лестию людей моглъ губити.
Сам пiетъ отраву, ничого недбает,
Людей же плохих живота лишает.

Анаграмма

Волкъ неправедный хищник всяк бываетъ,
кто не о Бозѣ пищу возхищает.
Удорско, волков што християном шкодят,
забивай, не замай на свѣте не ходят.

Аналогум

Одаряй в гусли, удорско, цареви,
в низким поклоном яко Господеви.
И волкъ бунтовник да в вас не бывает,
шли до обдорска, с кожи да здирает,

XIII.

Плодны волки с природы, десят ся вдруг родят,
все мужескъ полъ, женска же барзо рѣдко сплодят.
Про то килка сотъ волков за самкою ходят,
промеж себе снѣдая по едному бродят.
Толко два их останутъ. Третяя волчица
много мяса емлетъ на свадбу, окрутная псица.

Аллегорiа

Лвицею Дана Моисей в писмѣ называет,
когда израилев род бл[а]гословляет.
Лвица, храня скимен свой, многъ звѣръ роздирает.
Волкъ скверный всеядец и волков снѣдает.

Аналогiумъ

Всяк грѣхъ, якъ волчица, многих привлачает,
что всяк в cѣть свою, якъ волкъ, грѣшник увязает.
Обращается во адъ гдѣ полно отвсюду,
другов грѣхъ же блюдет до страшного суду.

XIV.

Тамъ мя видиш так шацуй лѣсного ч[е]л[о]в[ѣ]ка.
Пустынные поприща прохожду здалека.
Б[о]гъ мя питаетъ з н[е]ба, [з]апасов* не маю
и о одежду свѣтлу якъ живо недбаю.

*[У Нильссона: "сапасов"].

Аллегорiя

В тых лѣсах дѣдъ мой живалъ, а слолъ он сатиром.
Не мѣвалъ онъ оружiя, а былъ богатыром.
Продки мои не горды, сапог не мѣвали,
вина не пивали, про то много лѣтъ живали.

Анаграмма

Радъ бым розмовил, что мя звѣрем ославляютъ,
а сами людми слывутъ, а людей снѣдают.
Не досыт им рѣкъ, поля, густой пустыни,
же и мене выгнали до темной густыни.
Паче того ч[е]л[о]в[ѣ]ка звѣрем треба звати,
хто любвѣ не имат, ани хочат знати.

Аналогиоум

Великъ мятежъ в градех и зайзрость в ных дома
и Давидъ желалъ в пустиню летати крылома.
Так же и Мелхиседек щарства* во пустыни
жил и архиереиства сподоблен с[вя]тыни,
и многие с[вя]тые миръ сей опущали,
с темное пустыни в н[е]бо свѣтлое ступали.

* [Так у Нильссона].

XV.

Аще бы мощно по моей орудѣ
в полю буяти а жить на свободѣ,
звѣз[д]ъ* бым доскочилъ. Ест ли трава в н[е]бѣ -
звѣдалъ бы всего ко моей потребѣ.

* [У Нильссона: "звѣзъ"].

Аллегорiа

Бым преплолъ море, вибѣгал всѣ поля,
а з горъ доскочилъ н[е]б[е]снаго кола.
Всѣми силами извѣдати о волность ся кусилъ,
всяко бым ч[е]ловеку голдовати мусилъ.

Анаграмма

Кой знак военный лошад роспущона,
добою стройна, да бы выучона;
погрѣшит всяко без всадника сама,
бо на быструю лошед живет яма.

Аналогiумъ

Всадник д[у]ша ч[е]л[о]веча, а конь ей есть тѣло.
Имать бразду оумъ бы в с[е]рдцу Б[о]га мѣло.
На земли живя согласно, якъ два брати,
закон исполнь, внийдут в небесные врати.

XVI.

Гора высока Сионъ, на ню же путь творили
июдее суботствуя гды вон юдей жили.
Карталинская гора прамо в' верхъ до н[е]ба
Б[о]гъ приказал ходити, сходов было треба.

Аллегорiа

Подобна горѣ синайской, гдѣ закон прiимали,
гора карталинская, бо страхи бывали,
когда громы, якъ стрелы, яже всѣмъ взывати;
страшен Б[о]гъ израилев, не хочем видати.

Анаграмма

Фаворъ и Ермон радость, Елеонъ молитва
знаменует, прилично стрѣлы же битва.
Преображшася сп[а]ся Хр[и]ста апостоли зрѣли,
якъ стрѣлою про[н]зены о ст[р]асти рѣчь мѣли.

Аналогиумъ

Карталинъ г[осу]д[а]рство з' силным зодiаком,
когда гербъ имать гору с кр[е]стовым знаком.
Гора церковный образъ, з' стрѣлъ кр[е]стъ оборона,
якъ ребра сѣверова вѣнецъ и корона.

XVII.

Вѣкопомный гербу клейнотъ грузинской державы
с[вя]торуских кн[я]зей старожитной славы
Г[оспо]демь И[су]сь Хр[и]стомъ бл[а]гословен бываетъ,
когда от невѣрыя Х[ристо]съ ихъ взываетъ.

Аллегорiа

Впрямъ грузинскiе ц[а]рѣ живутъ мужественны,
яко мужественным суть гербомъ оукрашенны;
гды угодников Хр[ис]товых за аггловъ мѣютъ
и врата же адова имъ не одолѣютъ.

Анаграмма

Со[й]дый с н[е]б[е]се сатана пути препинает,
иский кого поглотити яко левъ рыкает.
Добрѣ ц[а]рство грузинское против врага стало,
имать Гегоргия за аггла с[вя]т[а]го.

Аналогумъ

Георгио, умъ в славѣ над страстми владущый,
попирает змия грѣхъ, помня суд будущый.
Блюдый стопы ч[е]ловечей позбываетъ главы,
ч[е]ловеци бо умом входят до вѣчной славы.

XVIII.

Сыскат бы силнаго от древнего вѣкa,
дабы хто луны дострелил здравних ч[e]л[o]в[ѣ]кa.
На втором н[е]бѣ луна зодиакъ обходит,
до третего же н[е]б[е]си токмо Павелъ всходит.

Аллегорiа

Кабардина преславна что луны шукаешь,
се с[о]лнце пресвѣтлое российское маешь.
Сотворывый н[е]б[е]са на землѣ чынъ справил,
законодавца миру своего уставилъ.

Анаграмма

Луна церков знаменуетъ, Хр[и]стом просв[е]щенна,
солнцу Хр[и]сту предстоит свѣтло украшенна.
Тоже ч[е]л[о]в[ѣ]къ якъ м[ѣся]цъ, бо ся измѣняет,
Б[о]гъ токмо просвѣщен во вѣкъ пребывает.

Аналогумъ

В семом н[е]бѣ емпирейскоим Б[о]гъ престол свой маетъ.
Ваша стрѣла летит к Б[о]гу бо луну минает.
Что ти есть на н[е]б[е]си Б[о]гъ вездесый бывает,
кто его на земле прсно призывает.

XIX.

Впрямъ людей рыцерских старовѣчность знала,
которым достоинства гербы раздавала,
черкашким боготырем ощѣпъ з с[е]рдцем охотнымъ,
в полю з розпущоным конем, в бою оборотным.

Аллегорыа

Часто бой черкасы з ро[з]ными* зводили,
таких же и отраслей сынов породили.
Не хибят и потомки предков своих сл[а]вы,
всему миру явны суть отважные справы.

* [В рукописи: "роными"; прим. Нильссона. Нильссон трактует как "ро[д]ными", но это не подходит по смыслу].

Анаграмма

Здравствуй, вѣчно в славѣ славные черкасы,
з врагом кр[е]ста Х[ри]с[то]ва ходѣте в запасы.
Копия вамъ не скрушат и конь не устанетъ,
от Б[о]га помощь будет и вѣку достанетъ.

Аналогум

Породы мужественной лице изявляет,
бо воин не ужасним с[е]рдцемъ потыкаетъ.
Савроматов валечных сл[а]ва будет слыти,
поки дванадесяторѣчна Волга будет плыти.

XX.

Оружiе острое устрояется к бою,
крестъ же с[вя]тый клонить до покою.
Брань и миръ с зодиаков высокого н[е]ба
людей вооружаетъ якъ творцу потреба.

Аллегорiа

Добръ знак кн[я]зей игорских силной планеты
от мудрых людей усмотрен щасливимы лѣты
зодiак мужественный Х[ри]с[т]а творца знати,
за кр[е]стъ и вѣру ceбѣ н[е]бо отворяти.

Анаграма

Дивен гербъ твой, игорско, котрый здавна маешь,
что со дреколми на Б[о]га руку поднѣмаешь.
Южъ былъ Х[ристо]съ на кр[е]стѣ и бокъ му пробито,
не требѣ пробождати течетъ кров обфито.

Аналогумъ

През брани до покою Беллона в[к]азуетъ
земным, неб[е]сному же сама услугуетъ.
Твой гербъ, Игорско, облак рукама касаетъ,
да кропитъ правду и миръ ус[е]рдно желаетъ.







Hosted by uCoz